Федеральная
национально-культурная автономия греков России
Ассоциация
греческих общественных объединений России
Геннадий Чопозов: Общественное движение имеет смысл, если это - общее дело

Президент АГООР, единогласно избранный на съезде организации, что прошел в 1997 году Новороссийске, Геннадий Чопозов родился в станице Ессентукской. Выбирая профессию, по собственным словам, из врожденного чувства справедливости, отправился учиться на юридический факультет Одесского университета. Возглавлял общество «Эллада» самого «богатого» на греческое население Предгорного района. Кто-то называет Геннадия «вечным оппозиционером», кто-то — несговорчивым и прямолинейным… Сам он, впрочем, считает, что президентом АГООР его выбрали именно потому, что он все время «вредничал»…

— Геннадий, что значит, «все время вредничал»?

— Ну, это образно я так выразился. Скорее не вредничал, а был въедливым. Пытался делать выводы, основанные на знании предмета, а предмет был достаточно сложным — опыта самостоятельной организации национальной общественной деятельности в масштабе страны не было ни у кого. Вместе со старшими по возрасту и по участию в движении мы вырабатывали формы и методы деятельности. Если короче, то я просто считал, что если мы что-то делаем, то должны это делать очень хорошо. Либо вообще не делать. Возможно, сейчас я не был бы настолько категоричен…

— Взрослеем, мудреем… А с чего началось для вас греческое общественное движение?

— Для меня движение началось реально с 1988 года, когда сначала инициативная группа из старших по возрасту товарищей попыталась создать национальный клуб и обратилась ко мне за помощью в подготовке уставных документов организации. Следом в течение года инициаторы создания первого в Ставропольском крае греческого общества — Сергей Политов и Владимир Зубалов обратились с аналогичной просьбой, а также попросили оказать помощь в организации и проведении учредительного собрания и регистрации принятого Устава. В созданном обществе, объединившем греков со всех Кавказских Минеральных Вод, я был заместителем председателя. Поначалу принимал участие в мероприятиях общества спорадически, так как у меня было много своей интересной работы по специальности. Но затем с увеличением объема и сложности задач, которые стало решать общество, постепенно все глубже стал втягиваться в его работу. В мае 1991 года был избран председателем греческого общества Предгорного района (самого «богатого» на греков в России — более 17 тысяч по официальной переписи начала 2000-х).

В этом качестве стал принимать участие в заседаниях Совета МОГ «Понтос» (Всесоюзного объединения греков), где познакомился с лидерами греческого движения. Один из них — Яков Мацукатов, возглавлявший исполнительный орган — Палату, пригласил меня к себе замом по правовым вопросам. Под руководством Якова Полихроновича члены Палаты проделали много большой и интересной работы на российском уровне. Именно тогда мне открылся масштаб работ и возможные перспективы развития диаспоры. Мы работали, как с российскими органами власти, так и с греческими и кипрскими. Это был уже совсем другой уровень. Движение из самодеятельного становилось профессиональным.

— Слава «вечного оппозиционера» за вами закрепилась изначально?

— Я категорический противник позиции «взять под козырек». Я уже говорил, что у движения не было своего опыта, форм и методов работы, направления которой вырабатывались (и продолжают вырабатываться) по ходу развития. Если мы взяли на себя ответственность принимать решения от имени всех, то никто не имеет права сбросить с себя эту ответственность, заявляя, что он просто поддержал чье-то мнение. Все вопросы нужно было обдумывать со всех сторон, выбирать наиболее подходящий вариант решения. Если я имею свое мнение о предмете, основанное на моем представлении об этом предмете, то я и высказываю и аргументирую свое видение. Мы же собираемся для того, чтобы выработать общее мнение, а не для того чтобы просто согласиться с одним «единственно верным». Здоровое несогласие, когда оно, само собой, мотивированное — всегда на пользу общему делу. Конечно, если решение принято — его надо выполнять, но на стадии принятия — обсуждать и спорить. Когда видит один глаз — это моно, а два — уже стерео! Для объемного восприятия нужно непременно два глаза!

— Геннадий Чопозов — президент АГООР — отличался объемным восприятием?

— Считаю, что свою работу знал не хуже любого другого. Но самое главное — я не был диктатором, выслушивал каждого. Понимаете, люди должны понимать, что от их мнения многое зависит. Ко мне приходили, спорили до хрипоты. Я всех выслушивал, мы принимали общее решение. Когда люди понимают, что от их мнения ничего не зависит — зачем им такое общественное движение? Конечно, каждый руководитель видит по-своему. У меня был такой вот подход: до тех пор, пока не устоялись традиции четкого понимания возможных точек опоры, нужно слушать всех.

— Геннадий, я тут, поговорив с рядом людей, стоявших у истоков греческого общественного движения России, сделала вывод, что на начальной стадии общины занимались, в основном, помощью в открытии виз в Грецию…

— Действительно, даже в тот период, когда греческое общественное движение России носило самый массовый характер, большая часть греков полагала, что мы в обществах занимаемся лишь открытием виз для поездки в Грецию.

— А это было не так?

— Это глубочайшее заблуждение. Да, оказание помощи в оформлении выездных документов в Грецию было одним из наиболее востребованных направлений деятельности общин. Но это был «социальный заказ» рядовых членов обществ, которые пытались попасть в Грецию, узнать, что собой представляет их историческая Родина. Время тогда в России было тяжелое, и многие думали найти себя в Греции и на Кипре.

Принимая это направление деятельности как не главное, но необходимое, общества через потребность греков в нашей помощи стали организовывать людей на местах, образовывать кружки, ансамбли, выстраивать отношения с филэллинами. Несомненно, потребность в услугах общества вынуждала рядовых членов общин считаться с позицией организаций по вопросам развития диаспоры, принимать участие в проводимых греческих мероприятиях, делать взносы и пожертвования. Взносы рядовых членов и пожертвования состоятельных греков были существенной поддержкой диаспоры и позволяли делать просто огромный объем работы на фоне деятельности других национальных объединений в отсутствие финансовой поддержки со стороны российских властей.

Неизбежными при визировании документов были и регулярные контакты с представителями консульских служб Греции, обмен информацией. Так что, с визировкой не все было так просто. Да что там говорить, многие председатели общин за этот период умудрились сделать практически полную перепись греческого населения России!

— То есть, в общественные организации греков приводила, скажем так, необходимость получения информации?

— Вот именно. К нам приходили с самыми разными вопросами, мы выполняли фактически роль местных органов власти в плане информирования, естественно. Я бы сказал, что все вопросы, связанные с открытием виз в Грецию, а значит, с такой вот «переписью» населения, были своего рода вопросами сохранения диаспоры. Уже тогда мы ставили вопрос о предоставлении грекам зарубежья «тавтоитты омогенис» — удостоверения соотечественника — это была одна из позиций сохранения и поддержки диаспоры в условиях, когда из официальных документов изымались сведения о национальности.

— Как вы могли бы охарактеризовать то время?

— Это было время, когда тот, кто мог и хотел — реально делал свое дело.

— Если бы я попросила назвать основные вехи вашей общественной деятельности, какие бы вы отметили?

— Мы провели большую работу в рамках программы по беженцам из Чечни, полностью выявили, кто там остался из греков, передали всю информацию консульству Греции. Во взаимодействии с Грецией проводили Дни культуры, причем, вносили свою существенную лепту в организацию всех мероприятий.

— Геннадий, а как вы оцениваете греческое общественное движение России сегодня? И свой в него вклад?

— Пройден большой путь. ФНКА греков России осуществляет серьезные проекты. Я лишь пожелал бы, чтобы дело это было общим — иначе оно потеряет смысл. Что касается меня лично, что ж, мне есть в чем себя упрекнуть. Но если оценивать в целом, то самым главным вкладом считаю тот факт, что умел выслушивать мнения со мной несогласных. Прислушиваться к ним. И делать выводы.

Инга АБГАРОВА
специально для сайта rusgreek. ru

Поделиться: