Федеральная
национально-культурная автономия греков России
Ассоциация
греческих общественных объединений России
Кумани Михаил Николаевич

Михаил Николаевич Кумани был старшим из сыновей в семье контр-адмирала Николая Петровича Кумани (ок. 1730–1809) — участника русско-турецкой войны 1768—1774 гг., служившего затем на Черноморском флоте под непосредственным командованием адмирала Ф. Ф. Ушакова. В апреле 1789 года, в разгар войны с Турцией, когда на недоукомплектованных кораблях не хватало матросов, Михаил Кумани, имея от роду 15 лет, поступил на флот гардемарином. В 1790 году, находясь на корабле «Иоанн Богослов», которым командовал его отец, он принял боевое крещение в сражении с турецким флотом в Керченском проливе.

С началом боя «испугавшись убийственного действия артиллерии трех кораблей, сражавшихся на расстоянии пистолетного выстрела», мальчик спрятался в деке за мачту. Увидев его там случайно, отец пришел в негодование; он приказал посадить сына на заряженную пушку и выстрелить из нее. Урок старого моряка не прошел даром, и юноша раз и навсегда перестал бояться артиллерийской канонады.

В 1791 году Михаил Кумани был произведен в мичманы, и, находясь на корабле «Преображение Господне», участвовал в сражении с турецким флотом у мыса Калиакрия. По окончании войны он ежегодно плавал по Черному морю, в 1792 году был произведен в лейтенанты, и, командуя, последовательно, лансоном «Иерофей», крейсерским судном «Принц Александр», а затем шхуной № 2 плавал по черноморским портам и содержал почтовое сообщение между Севастополем и Константинополем. В 1801 году, находясь на корабле «Тольская Богородица», лейтенант Кумани плавал у побережья Кавказа, 1802—1804 гг., командуя различными судами Черноморского корабельного флота, развозил казенные грузы по черноморским портам, а в 1805 году был командирован в Костромскую губернию «для привода оттуда в Николаев рекрутов». По возвращении из командировки Михаил Николаевич принял под свою команду корвет «Св. Павел», на котором в 1806 году плавал по Черному морю с гардемаринами, кадетами и штурманскими учениками, а затем совершил переход из Севастополя в Корфу, где его застало начало войны с Турцией. В 1807 году, командуя тем же корветом в составе эскадры капитан-лейтенанта Бароццо, лейтенант Кумани участвовал в блокаде города Превеза и защите острова Левкас (итал. Св. Мавра), после чего перевозил войска из Корфу в Анкону. В 1808 году, командуя греческим бригом «Делидия Террано», он находился на Корфинском рейде, в 1809 году был произведен в капитан-лейтенанты, а в 1810 году, после сдачи интернированных судов представителям английского командования, в числе других моряков-черноморцев вернулся берегом в Николаев, где в течение последующих лет проходила его служба.

В 1812—1822 гг., командуя, последовательно, транспортом «Прут», фрегатом «Везул» и кораблем «Св. Максим Исповедник» капитан-лейтенант Кумани плавал в Черном море, находился в крейсерстве у берегов Абхазии и Мингрелии. В 1816 году он был производен в капитаны 2 ранга, в 1822 году назначен командиром 29-го флотского экипажа, а в следующем году произведен в капитаны 1 ранга и направлен в Херсон, где принял под свою команду новопостроенный линейный корабль «Пимен».

Анапская крепость до взятия ее силами Черноморского флота и десанта в 1828 году

Во время русско-турецкой войны 1828—1829 гг. за отличие, проявленное при осаде и взятии крепостей Анапа и Варна, Михаил Николаевич был досрочно произведен в контр-адмиралы и награжден золотой саблей с надписью «За храбрость». В декабре 1828 года Кумани был назначен командиром отряда кораблей, в задачу которого входила блокада Босфорского пролива. Однако, принимая во внимание опасность, связанную с плаванием у Босфора в зимнее время из-за частых и сильных штормов, адмирал А. С. Грейг, накануне отправки отряда, поставил перед ним новую задачу, предписав находиться с главными силами в Варне и время от времени посылать для осмотра пролива фрегат и бриг. Таким образом, самому Кумани не оставалось ничего более, как выполнение последнего пункта предписания: «Содействовать командующему войсками в Варне во всем, что может способствовать безопасности крепости и вообще исполнять все то, что по военным обстоятельствам окажется нужным».

11 (23) ноября 1828 года вверенный ему отряд в составе 2 линейных кораблей, 1 фрегата и 1 брига вышел из Севастополя, и 13 (25) ноября прибыл на Варнский рейд. В тот же день состоялась встреча с командующим русскими войсками в Варне генералом Ф. Ф. Ротом. Сообщив о предпринятой турками попытке нападения из Айтоса на главный пункт сосредоточения русской армии за Дунаем — Провады, генерал попросил М. Н. Кумани оказать содействие в отвлечении сил неприятеля к Бургасу демонстрацией отряда кораблей в Фаросском заливе, и, по возможности, собрать сведения обо всех турецких укреплениях и местах, удобных для высадки десанта.

19 ноября (1 декабря) отряд вышел в море, но из-за штормовой погоды только 28 ноября (10 декабря) подошел к Мессембрии. Имея поручение «своим появлением в Фаросском заливе встревожить турок и отвлечь их от Провад», контр-адмирал Кумани, не довольствуясь простой демонстрацией, решил овладеть островом Св. Анастасии, чтобы твердо убедить противника в «намерениях» закрепиться в Фаросском заливе. Появление отряда встревожило турок, не предполагавших увидеть здесь русские суда в столь позднее время года. Осмотрев укрепления неприятеля и произведя промер глубин рейда, корабли подошли к острову и окружили его. «Не желая причинить вреда Греческому монастырю, на острове находящемуся», контр-адмирал Кумани отправил туда парламентера с предложением сдаться без боя, угрожая, в противном случае, «уничтожить все до основания». Получив отказ, он отдал приказ атаковать неприятеля, и после непродолжительного боя остров Св. Анастасии был захвачен высаженным на берег десантным отрядом. Турецкий гарнизон численностью в 90 человек сдался в плен, а 2 медные пушки достались морякам в качестве трофеев.

Последующие дни ушли на размещение на судах пленных, погрузку захваченных орудий, снарядов и срытие укреплений на острове. Все это время Кумани «занимался внимательным обозрением залива, опросом монахов, греков и пленных турок о положении различных его пунктов». Население приморских городов Мессембрии, Ахиолло, Бургаса и Сизополя составляли преимущественно греки, основными занятиями которых являлись судоходство и рыбный промысел. Наиболее укрепленным из них был Ахиолло, где находился значительный турецкий гарнизон. Численность турецких войск в гарнизонах остальных городов не превышала 700 человек. На основании проведенного опроса Кумани заключил, что все берега Фаросского залива, за исключением его восточной стороны, удобны для высадки десанта. Укрепления городов Мессембрии, Ахиолло, Бургаса и Сизополя не представляли опасности для русских войск, но на их усиление уже обратило внимание турецкое командование, а появление в заливе отряда русских кораблей должно было заставить неприятеля ускорить принятие мер безопасности.

Эти сведения, проверенные визуальным осмотром укреплений, позволили Кумани верно оценить стратегическое положение в Фаросском заливе, и убедили в необходимости овладения Сизополем — городом, с большим, хорошо укрепленным закрытым рейдом, который мог бы предоставить «судам нашим надежное убежище и избавил [бы] их от опасности, которой они подвергались в открытом Варнском рейде». Кумани понимал, что, занимая Сизополь, базирующийся здесь флот мог не только вести наблюдение за зимовавшими в проливах кораблями и судами неприятеля, но и контролировать побережье Румелии, что гарантировало безопасность плавания транспортных и зафрахтованных торговых судов, которым предстояло «доставлять продовольственные и прочие запасы для войск и флота». Овладеть Сизополем, по мнению Кумани, можно было малыми силами его отряда с десантом в тысячу человек, причем не только овладеть, но и удержать этот важный стратегический пункт до весны 1829 года, когда русская армия перейдет в наступление, а Черноморский флот прибудет из Севастополя к берегам Румелии. Вследствие близкого расположения от Босфора, Сизополь с его закрытой и хорошо защищенной бухтой представлял очень хорошую перспективу для базирования здесь кораблей флота.

С этими сведениями 7 (19) декабря отряд вернулся в Варну. Ознакомив генерала Рота с результатами разведки, контр-адмирал Кумани подробно изложил разработанный им план захвата Сизополя, прося о выделении десантного отряда и разрешении приступить к осуществлению намеченных действий. Несмотря на то, что уже имелся опыт подобных операций, генерал Рот скептически отнесся к его блестящему предложению, и отправил план в Петербург для рассмотрения и утверждения Николаем I.

Взятие Варны в 1829 году

В конце января 1829 года на смену прибыл новый отряд под командованием контр-адмирала Стожевского, имевший в своем составе 2 линейных корабля, 1 фрегат и 1 бриг. Отряд Кумани уже возвращался в Севастополь, но штормовая погода заставила его вернуться в Варну. Здесь он узнал о получении Высочайшего разрешения на проведение разработанной им операции, в котором Николай I повелел: «Поручить контр-адмиралу Кумани предложенную им экспедицию противу Сизополя, вверив ему и нужное число сухопутных войск, в таком, однако ж, случае, если Кумани примет на себя ответственность за удержание Сизополя». Ни минуты не колеблясь, он поручился за успех предстоящего дела. «Надобно было много уверенности в самом себе, чтобы дать ручательство в успешном исполнении принятого на себя дела», — с восхищением писал о действиях контр-адмирала М. Н. Кумани вице-адмирал В. И. Мелихов. Лишь корабль «Иоанн Златоуст», отделившийся ранее от отряда и укрывшийся от непогоды у мыса Галата, ушел самостоятельно в Севастополь. Его экипаж так и не узнал о полученном разрешении и не принял участия в операции по захвату Сизополя.

10 (22) февраля 1829 года завершились последние приготовления: на корабли и суда перешли десантные войска, численностью в 1.162 человека при 2 полевых и 2 осадных орудиях. Лошади, провиант и фураж были погружены на 2 зафрахтованных для армии коммерческих судна. На следующий день эскадра под командованием контр-адмирала М. Н. Кумани в составе 3 линейных кораблей, 2 фрегатов и 3 канонерских лодок снялась с якорей, и утром 15 (27) февраля прибыла на Сизопольский рейд. Получив отказ на предложение сдаться без боя, эскадра открыла огонь. К 15 часам дня батареи противника были сбиты, и командир турецкого гарнизона выслал парламентера с предложением о сдаче при условии, что все они будут отпущены с оружием. Кумани решительно отверг такое предложение, но парламентер уверил его, что гарнизон сдастся на следующий день, и в подтверждение своих слов остался в качестве заложника.

На рассвете 16 (28) февраля на берег высадился десантный отряд. Лейтенант Джости, отправленный в крепость с уведомлением о сдаче, сообщил по возвращении, что еще ночью гарнизон бежал, и в городе остался лишь паша со своими приближенными. С получением этого известия город и все укрепления были немедленно заняты десантным отрядом. В числе трофеев были 2 знамени, 2 полевых и 9 крепостных орудий, значительные запасы пороха, снарядов, оружия и провианта.

Вид Сизопольской бухты. Современное фото

Решительность и внезапность нападения, как и предполагал контр-адмирал Кумани, позволили овладеть Сизополем быстро и без потерь. Однако теперь следовало ожидать, что неприятель предпримет все средства для возвращения этого важного в стратегическом отношении и господствующего над Фаросским заливом пункта. Удержание Сизополя, возложенное Николаем I под непосредственную ответственность М. Н. Кумани, становилось теперь делом едва ли не более важным, чем овладение им.

В тот же день были предприняты необходимые меры по усилению обороны Сизополя. Кроме доставленных из Варны и захваченных в крепости артиллерийских орудий, по распоряжению Кумани с кораблей сняли и перевезли на берег 1 единорог, 14 пушек и 2 мортиры. В последних числах февраля для усиления отряда из Варны прибыло еще 1.500 человек. Комендантом Сизопольского гарнизона был назначен генерал-майор Вахтен, а его помощником от флота — лейтенант Н. Х. Кокораки.

В середине марта, опасаясь намерений противника отбить Сизополь, генерал Рот направил туда еще 1.000 человек. Сделано это было вовремя: 28 марта (9 апреля) 1829 года турецкий отряд Хусейн-паши, численностью в 6.000 человек, внезапно атаковал Сизополь, но согласованные действия и стойкость русского гарнизона при интенсивной огневой поддержке корабельной артиллерии позволили отразить этот натиск. Потерпев поражение, турки отступили и больше не возобновляли нападений.

За овладение островом Св. Анастасии контр-адмирал М. Н. Кумани был удостоен Высочайшего благоволения государя императора, а за захват и удержание Сизополя награжден орденом Св. Анны 1 степени и единовременно 10.000 руб. в ассигнациях. Были отмечены и другие, наиболее отличившиеся участники этой операции: командир корабля «Императрица Мария» капитан 1 ранга Г. А. Папахристо был награжден золотой саблей с надписью «За храбрость», лейтенант 34-го флотского экипажа А. Х. Кокораки — орденом Св. Владимира 4 степени с бантом, лейтенант 35-го флотского экипажа Н. Х. Кокораки — двухгодовым окладом жалования, мичман 40-го флотского экипажа С. Н. Сатири — орденом Св. Анны 3 степени с бантом.
15 (27) февраля 1829 года отряд контр-адмирала Кумани под огнем противника вошел на рейд Сизополя, занял места согласно диспозиции, и в продолжение короткого боя сбил три неприятельские батареи, вынудив турок начать переговоры о сдаче крепости, которая на следующий день была занята без сопротивления.

Старые кварталы Сизополя (болг. Созопол)

За овладение крепостью Сизополь и удержание ее до прихода основных сил флота, Михаил Николаевич был награжден орденом Св. Анны 1 степени с Императорской короной и получил Высочайшую признательность Николая I. Не останавливаясь на достигнутом, 11 (23) марта отряд контр-адмирала Кумани предпринял нападение на Ахиолло, но из-за мелководья не смог подойти на достаточно близкое расстояние к берегу, чтобы бомбардировать укрепления неприятеля и произвести десантную высадку. Захват и удержание до весны 1829 года Сизополя позволило создать стратегически важный центр для базирования Черноморского флота, что способствовало успешным действиям русской армии после перехода через Балканы. В Сизополе и на близлежащих островах по распоряжению Кумани были устроены провиантские склады и магазины, из которых наступавшие войска получали все, в чем они нуждались.

В 1830 году контр-адмирал М. Н. Кумани, командуя отдельной эскадрой кораблей и судов, перевозил из Румелии и Болгарии в черноморские порты российские войска, артиллерию, армейские грузы и находившихся в госпиталях больных и раненных, за что удостоился Высочайшего благоволения государя императора. Вернувшись в Севастополь, он был назначен старшим флагманом Черноморского корабельного флота и исполняющим обязанности командира Севастопольского порта.

В те годы в светских кругах «явилось множество рассказов о подвигах русского флота и армии» в минувшую войну с Турцией, и имена ее участников контр-адмиралов Скаловского, Кумани, Критского, капитан-лейтенанта Казарского и других отличившихся офицеров флота «произносились чуть ли не в каждом доме с изумлением и благоговением». «Начальником Черноморского флота был контр-адмирал Кумани с безстрашными греческими порывами и врожденною ненавистью к туркам, варварски поступившим с Грециею», — писал в воспоминаниях С. П. Кондараки. Не обходили вниманием героя войны и зарубежные гости. «Морская часть в Севастополе [находится] под начальством контр-адмирала Кумани, — писал в своих мемуарах маршал Мармон. — Этот адмирал, пелопонесский грек по рождению, воспитывался в России. Он оказал русской армии большую услугу во время последней войны с турками, овладев Сизополем, что и позволило учредить складочное место съестных и военных запасов в Бургасском заливе. Он показался мне человеком умным и решительным».

До 1843 года контр-адмирал М. Н. Кумани жил в принадлежавшем ему доме на Капитанской улице в Севастополе, построенном еще в конце XVIII века его отцом. В том же году его назначили в должность члена общего присутствия Черноморского интендантства, которое находилось в Николаеве, и произвели в чин вице-адмирала, а в 1855 году — назначили членом Адмиралтейств-Совета и произвели в адмиралы. В 1859 году Михаил Николаевич получил в наследственное владение казенный дом в Николаеве и жил здесь последние годы жизни. Живя в отставке, Михаил Николаевич написал очерк о городе Николаеве, в котором описал не только его историю с начала основания до середины XIX века, но и дал характеристику ряду исторических личностей, внесших наиболее значительный вклад в развитие города. Он был дважды женат: его первую жену звали Марфа, вторую — Ефросинья Емельяновна (захоронена рядом с ним), и имел в браке трех детей — дочерей Анну и Марию, и сыновей Спиридона и Николая — известного гидрографа, состоявшего в то время на службе в Черноморском флоте.

Надпись на памятнике: «Адмирал Михаил Николаевич КУМАНИ скончался 18 мая 1865 и супруга его Ефросиния Емельяновна скончалась 14 апреля 1864».Слева – памятник с крестом. Здесь похоронена невестка Мария Егоровна Кумани (ск. 10 июня 1881) – жена Спиридона Михайловича Кумани

Несмотря на то, что Михаил Николавевич Кумани по своему отцу происходил из знатного миссинийского греческого рода, исстари жившего в Каламате (Пелопоннес), и признанного в венецианском дворянстве, как потомок иностранного дворянского рода, он не подавал прошение в Таврическое дворянское собрание о признании его в дворянском достоинстве. Его внук, Михаил Николаевич Кумани, названный в честь знаменитого деда, исправил это в 1888 году.

Заслуженный и уважаемый моряк скончался 18 (30) мая 1865 года и был похоронен на кладбище в Николаеве рядом со своей второй женой Ефросинией Николаевной Кумани, умершей годом раньше.

И. В. Мосхури

Поделиться: