Василиос Самуркас. Уроженец греческого города Ламия, выпускник ГИТИСа (мастерская Евгения Каменьковича и Дмитрия Крымова). Зрители могли видеть его на сцене в хоре фиванских старейшин в спектакле Римаса Туминаса «Царь Эдип». «Медеей» Еврипида Василиос дебютировал на большой сцене. Пока на его профессиональном счету — эскизы, созданные в творческих лабораториях («Одиссей спускается в Аид» в рамках мхатовского проекта АРТХАБ, «Харлампо и Деспина» в сухумском Русском театре драмы им. Искандера).
В каждой из этих работ присутствовал «греческий след»; по словам режиссёра, для него это не столько дань родной культуре, сколько возможность поработать с универсальным античным сюжетом.
Бог Дионис, разочарованный состоянием театра в Афинах, принял решение возобновить достойные «драматические игры». Поскольку все великие трагики умерли, вместе со своим рабом Ксанфием он отправляется в авантюрное путешествие и спускается в Аид («невидимое царство»), чтобы выбрать лучшего трагического поэта и вернуть его на землю. …Есть ли сегодня поэты, которых можно сравнить с Эсхилом или Пушкиным? Остались ли поэты в мире живых? Этими вопросами задаются авторы спектакля.
Василиос Самуркас, режиссер:
«Ни один лягушонок в этом спектакле не станет принцем. Мы не будем танцевать сиртаки, торговать в фойе древнегреческими хитонами или греческим салатом. И уж точно после финального поклона мы не продадим вам магнитик с Парфеноном»
«Лягушки» Аристофана здесь точка отсчета и точка расчета. Повод поразмышлять о том, есть ли в нашей «прозаической» жизни место поэзии. Или ее (поэзию) удушила в своих объятиях серая и циничная повседневность?
Вновь приведем размышления режиссера спектакля Василиоса Самуркаса о своем творческом замысле в его современной интерпретации аристофановских «Лягушек».
«…Этот спектакль рожден на перекрестке двух родин, я увидел его сквозь призму двойного бытия. Эта призма — мир грека, обретшего в России вторую почву. Мои „Лягушки“ по мотивам одноименной комедии Аристофана — отмычка. Она открывает дверь в общий для всех Аид. „Аид“ по-гречески буквально значит „Невидимый“, „Безвидный“, а значит — это не только мир, в котором обитают ушедшие от нас. Это — мир, где живут тени вещей. Это — мир смыслов, памяти, языка. Мои „Лягушки“ открывают дверь в м ой собственный мир — в мой аид, где существую две прекрасные отчизны».
По части двух прекрасных отчизн. Василиос Самуркас обрел в России свою вторую отчизну. Самуркас уже ставил в МХТ им. Чехова, Театре Ермоловой, театрах Рязани и Смоленска. Василиос Самуркас превосходно говорит по-русски и отлично знает русский психологический театр, что позволило ему самостоятельно создать пьесу по мотивам Аристофана и прописать все каламбуры, которые зал считывает мгновенно. В спектакле он также играет одну из главных ролей по-гречески и по-русски — поэта, застрявшего между миром живых и мертвых (Не поэт, Мария Каллас, та которую убила любовь, Греческий сын). Худрук Губернского театра (и МХАТ имени Горького) народный артист России Сергей Безруков с огромной симпатией относится к своему греческому коллеге, присутствует в спектакле голосом — на греческом он настоятельно рекомендует включить мобильные телефоны после окончания спектакля.
Греческий компонент спектакля — это и композитор Теодор Абазис. Композитор партий Хора в постановке Римаса Туминаса «Царь Эдип» Софокла (Театр Вахтангова). Голос греческой мамы — это еще один «греческий компонент» — Василики Бака. В спектакль включены стихи Василиоса Самуркаса «Ода посредственности» (перевод с греческого Ксении Климовой).
Наше касательное знакомство состоялось более пяти лет назад в представительстве Московского общества греков на Донской. Сбор греческих творческих сил: студентов, актеров, начинающих режиссеров. Речь шла о создании Греческого театра в Москве. Модератором этой встречи была известный российский режиссер Рената Сотириади.
Среди присутствующих на этой встрече был и Василиос Самуркас.
И, наконец, о моих впечатлениях после завершения премьеры в Губернском театре.
Действо держит, образует, его яркость, визуальные и звуковые эффекты. Все эти внешние проявления зрителем воспринимаются органично, живо — в формате смеха, аплодисментов.
Чувствуется серьезная, основательная работа с материалом. Для пристрастного автора данной публикации не совсем по душе звуковой фон хора лягушек. Внешние эффекты.
Но, при этом, присутствуют смысловые акценты. О таланте, смысле жизни, трагедии…
В Василии Самуркасе чувствуется мощный творческий потенциал. Он уже на слуху у привередливого театрального зрителя, критики, его ценят мэтры, тот же Безруков. Главный вопрос (он соответствует этому вызову) — найти разумную парадигму между классическим воплощением материала великих древнегреческих авторов и современным их воплощением. Все на его стороне. Его талант. Его страстная любовь к ремеслу!
Поздравляем нашего соотечественника с его театральными премьерами, которые уже стали событием в жизни театра, театральной России, Москвы. Ждем продолжения!
Никос Сидиропулос
Поделиться:
